Дом-музей Короленко: где время и природа замирают

0
Дом-музей Короленко

«Геленджик – селеньице небольшое, но, по-видимому, с большим будущим» — сегодня каждый геленджикский школьник из уроков  кубановедения знает, кому принадлежат эти по-настоящему пророческие строки.

Дом-музей Короленко

Их автор Владимир Галактионович Короленко, видный российский писатель, публицист и общественный деятель, открыл для себя нашу благодатную землю в самом конце позапрошлого столетия. Его имение,  расположенное в живописном местечке Джанхот, по праву признано одной из главных «жемчужин» Кубани. Редкий образец усадебной архитектуры тех времен мужественно пережил все потрясения беспокойного ХХ столетия и дошел до нас практически в первозданном виде. Сегодняшние посетители  дома-музея писателя получают уникальную возможность окунуться в атмосферу «дачной жизни», увидеть, как жила и отдыхала русская интеллигенция на рубеже XIX-XX веков, а также поближе познакомиться с творчеством писателя.

 

Отцы-основатели курорта

 

Сегодня хутор Джанхот является популярным местом отдыха. Уютный благоустроенный пляж, чистое море и живописная природа в сочетании с развитой инфраструктурой каждое лето привлекают сюда тысячи туристов. Конечно, это место не всегда было столь гостеприимным. После окончания Кавказской войны оно представляло собой пустынную территорию, где свирепствовала малярия. «Кавказское побережье для людей труда, труда упорного, долгого, тяжелого, ибо все здесь упорно – и земля, и скалы, и горы, и культура, которая может вознаградить; но ждать этого нужно терпеливо», — так описал его С.И.Васюков, автор книги «Край гордой красоты».

И такие «люди труда» нашлись. «Первооткрывателем» будущего туристического рая стал  известный российский экономист, статистик и кубанский историк, член-корреспондент Российской Академии Наук Ф.А.Щербина. Он первым в 1892-1893 гг. построил здесь усадьбу, дав ей поэтическое название «Джанхот», которое впоследствии распространилось на все окрестное поселение.

Как и в доме хлебосольного черкесского князя, в честь которого было названо имение, в доме Щербины не переводились гости. Среди них были и братья Короленко. Они по достоинству оценили всю прелесть этого уголка, идеального для отдыха и уединенной творческой работы, где, по выражению Владимира Галактионовича, «воздух — чисто шампанское».  В 1899 году младшим братом писателя Илларионом Галактионовичем был приобретен  земельный участок в 110 десятин. Цена в 8 тысяч царских рублей по тем временам была фактически бросовой – правительство,  заинтересованное в скорейшем освоении пустующих земель, сбывало их частным лицам на льготных условиях.

 

Семейное гнездо

 

Хотя де-юре собственником и постоянным жителем усадьбы был Илларион Короленко, в ее создании принимали участие оба брата. Младший вкладывал средства, оформлял документы, нанимал подрядчиков; старший разрабатывал эскизы будущих строений, помогал советами в постройке и в благоустройстве. В 1901-1902 годах на склоне горы Святой Нины вырос двухэтажный каменный дом с черепичной крышей и резными балконами, верандами и мансардой. Вокруг новые хозяева высадили фруктовые деревья, разбили виноградник.

С годами имение разрасталось: рядом с жилым домом был сооружен флигель, где разместились подсобные помещения: кухня, ледник, комната для прислуги, баня, кладовая, погреб и прачечная. Крыша флигеля, выполненного в форме небольшого замка, по сей день служит смотровой площадкой.

Задуманная как дача, усадьба со временем стала для И.Г.Короленко и его семьи постоянным местом жительства. Страдавший от туберкулеза Илларион, благодаря целебному морскому воздуху, напитанному ароматом реликтовой пицундской сосны, чувствовал себя здесь намного лучше, а «упорная земля», упомянутая С.И.Васюковым, и общественная работа (вместе с Ф.А.Щербиной И.Г.Короленко был активным членом Общества содействия благоустройства курорта Геленджик) не давала сидеть без дела.

Сам писатель регулярно навещает имение, стараясь совместить отдых с литературной и общественной деятельностью. К слову, к тому времени, как местное население прознало о поселившейся поблизости столичной «знаменитости», от былой уединенности не осталось и следа.  «Весть о том, что в Джанхоте живет писатель Короленко, быстро распространилась по Геленджику, и оттуда началось настоящее паломничество, — пишет в своих воспоминаниях племянница Владимира Галактионовича М.Н. Лошкарева. — Большими компаниями приезжали морем, на лошадях, приходили пешком. Сначала дядя Володя выходил и беседовал с приезжающими, но затем это стало надоедать, мешало работе, и он стал прятаться. Совершенно бесцеремонно «гости» располагались невдалеке от дома, вытаскивали привезенную с собой провизию и проводили целые часы в надежде хотя бы увидать «знаменитого писателя». Тогда пустились на хитрость: на чердаке, где обычно работал дядя, около стола ставили стул, на который вешали пиджак, располагая его таким образом, что казалось, будто за столом нагнувшись, сидит пишущая фигура, и назойливым посетителям показывали «работающего писателя», которому нельзя мешать. А дядя на это время спускался вниз».

Несмотря на назойливость незваных гостей, работа в Джанхоте была плодотворной. Здесь Короленко работал над воспоминаниями о Н.Г.Чернышевском, А.П.Чехове. Здесь им было подготовлено около 480 рукописей очерков, рассказов, рецензий и публицистических статей.

 

Последний визит

 

В ноябре 1915 года Владимир Короленко в последний раз посещает милый его сердцу Джанхот. Повод к этому послужил печальный: скончался любимый брат Перчик (так за вспыльчивый характер в семье называли Иллариона).

«Дядя Илларион был похоронен невдалеке от дома, в полугоре, откуда открывался чудесный вид на море; он сам, еще задолго до смерти, выбрал это место. При прощании с покойным моя мать громко заплакала. Дядя болезненно поморщился: «Маня, милая, не надо!» — и, низко нагнувшись над гробом, тихонько произнес: «Прощай, Перчина!» Всю жизнь сердечно просты, чужды всякой аффектации, были отношения между братьями. Так же просто было и последнее прощание…», — вспоминала М.Н.Лошкарева.

Два года спустя, после Октябрьской революции 1917 года, имение семьи Короленко было национализировано. Вдову Иллариона Галактионовича и его сыновей начали притеснять. В 1930 году прежние хозяева навсегда покинули семейное гнездо.

Сам писатель ушел из жизни в 1921 году в Полтаве. Последние годы жизни он посвятил работе над автобиографическим четырехтомником «История моего современника», который так и остался неоконченным: работая над четвертым томом, В.Г.Короленко умер от воспаления легких.

 

На службе у народа

 

Великий гуманист Л.Н.Толстой почтительно называл В.Г.Короленко «нашим небожителем». Вся его жизнь была борьбой. Борьбой не ПРОТИВ чего-то, а ЗА. За маленького человека, простого русского крестьянина, за его права, за справедливое к нему отношение. Его яркая, активная жизненная позиция, талант писателя и публициста помогли привлечь внимание общественности к острым проблемам современности и спасли не одну человеческую жизнь. Он точно знал свое место в жизни, свое предназначение. Знал, зачем ему свыше дан дар слова. И до последних дней, задвинув на второй план собственные беды и лишения (коих на его долю выпало сполна), использовал его, чтобы достучаться до сильных мира сего и обратить их взор на слабых. «Долго ли мне прослужит воображение для художественной работы, – не знаю, но мечтаю о том, что до конца жизни буду воевать пером», — говорил он.

Примечательно, что, как и самому писателю, его имению пришлось немало послужить народу. После революции здесь расположилась детская колония беспризорников, своеобразная «республика Шкид». В 1930-1940 дом сдавался местными властями под базу отдыха. В годы Великой Отечественной войны затерянный в горах хуторок стал убежищем для раненых солдат и последним пристанищем для их погибших товарищей. В бывших усадьбах Джанхота был размещен инфекционный госпиталь №835. На первом этаже усадьбы Короленко расположилась его хозяйственная часть. На втором размещался ухаживавший за больными медперсонал. В бывших владениях Щербины была устроена братская могила – сегодня на этом месте находится военный мемориал.

 

Усадьба, как памятник истории и культуры

 

Несмотря на все потрясения, память о писателе-народоборце не была утрачена. И касается это не только материальных свидетельств его жизни. Жители города – краеведы, общественники, пресса – не оставляли надежды увековечить имя Владимира Короленко. Их стараниями в 1964 году на первом этаже усадьбы был открыт литературный музей.

С годами его экспозиция пополнялась все новыми экземплярами. Сегодня она занимает оба этажа.  Мебель, предметы быта, личные вещи, редкие фотографии и рукописи – все это представляет интерес как для историков и литературоведов, так и для обычных туристов. Сохранились здесь и живые «свидетели» давно ушедшей эпохи: туи, бамбук, кусты жасмина и кизила, кипарисы и другие растения, высаженные братьями Короленко. Особая гордость музея – 25-метровый ливанский кедр «Красавец», встречающий гостей у входа в усадьбу. И.Г.Короленко посадил его четырехметровым саженцем в 1901 году, еще до начала строительства дома.

На сегодняшний день этот уникальный музейный комплекс является одной из наиболее популярных достопримечательностей Большого Геленджика. Книга отзывов содержит слова благодарности не только на русском, но и на английском, немецком, китайском и других языках. Только за 2014 год дом-музей Короленко посетило порядка 14 700 туристов. Большой популярностью данный объект культурного наследия пользуется у новобрачных: старинная усадьба и уникальная природа создают здесь необыкновенную гармонию, которая манит и завораживает, настраивая на романтический лад.

 

Текст: Полина Сорокина, корреспондент газеты «Прибой»

Фото: Антон Мещ

О авторе

Нет комментариев